Когда б в полете скоротечном
Того, что призывает жить,
Я мог, по выборе сердечном,
Любые дни остановить, —

Порой, когда томит щедрото́й
Нас сила непонятно чья,
На миг пленился б я заботой
Детей, прудящих бег ручья,

И, поджидая и ревнуя,
В пору любви, в тиши ночной,
Я б под печатью поцелуя
Забыл заре воскликнуть: «Стой!»

Перед зеленым колыханьем
Безбрежных зреющих полей
Я б истомился ожиданьем
Тяжелых, неподсильных дней.

Я б ждал, покуда днем бесшумным
Замрет тоскливый труд и страх,
Когда вся рожь по тесным гумнам
Столпится в золотых скирдах.